Сайт Алексея Басова и Татьяны Басовой

Главная ||| Блог

Дзисэй: Песнь Смерти. Стихи самураев

(в конце статьи указаны источники некоторых материалов)

Удивительно и неизменно восхищает гордое и спокойное самообладание самураев, что особо наглядно нашло своё выражение в их предсмертных стихотворениях – дзисэй, которые обычно посвящены Природе и своему сопоставлению с ней и её циклами, что выражает глубокую, чисто языческую внутреннюю философию самураев:

Замираю от блеска стали.
Мой покой – покой океана
В ожидании волн.
© А. Р. Басов, «Цветы Сакуры»


О, господин мой,
Стоявший там, на поле
В Сагами,
Среди жаркого огня,
В объятьях пламени!
Принцесса Ототатибана (ок. I в. н. э.)

***

Ветви сосны прибрежной
В Ивасиро на счастье
Узлом завяжу.
Может, судьба мне вернуться –
И взглянуть на неё.
Принц Арима (640–658)

***

Я ведь мужчина, воин.
Так ужели
Без славы суждено мне умереть,
Что длилась бы из рода в род,
На десять тысяч поколений?
Яманоуэ-но Окура (660–733)

***

Сегодня утки на пруду,
Что в Иварэ, кричат печально.
Подобно им и я,
Рыдая, в небо вознесусь
И в облаках укроюсь.
Принц Ооцу (663–686)

***

Знал я: этот путь –
Раньше или позже – всем
Суждено пройти.
Но что ныне мой черёд,
Нет, не думал я о том…
Аривара-но Нарихира (825–880)

***

Бревно,
Что гниёт под землёй,
Не цветёт и не плодоносит.
И моя бесплодная жизнь
Вот так же печальна.
Минамото-но Ёримаса (1106–1180)

***

Умереть весной,
Лёжа так, чтоб на меня
С вишни падал цвет,
И чтоб полная луна
Мне сияла с высоты.
Сайгё (1118–1190)

***

В дороге на ночлег
Под деревом остановлюсь,
Усну в его тени.
Пускай вишнёвые цветы
Дадут мне этой ночью кров.
Тайра-но Таданори (1144–1184)

***

Taira no Koremori jisei poem

Кто в мире родился,
Тому суждено умереть.
Не бывает иначе.
В мире, где нет законов,
Это и есть закон.
Тайра-но Корэмори (1160–1184)

***

Что из того,
Что прейдёт и закон,
И я исчезну, когда
На Песенном Берегу
Останутся люди и травы.
Синран (1173–1263)

***

По теченью лет
К острову плывущему
Вынесло меня.
На равнине, как роса,
Я истаю поутру.
Фудзивара-но Мицутика (1176–1221)

***

В далёком краю
Ухожу во глубины
Бездонной реки,
Не обняв напоследок
Любимой супруги стан.
Фудзивара-но Норимоти (1185–1221)

***

Дом опустел,
И хозяина больше нет,
Но красная слива,
Что на крыше пустила корни,
Не забывает весны.
Минамото Санэтомо (1192–1219)

***

Всем телом взыскуя,
Ничего не отыскал.
Мёртвый заживо,
К Жёлтому Источнику
Отправляюсь налегке.
Догэн (1200–1253)

***

С пустыми руками пришёл
Я в этот мир, и босым
Ныне покину его.
Приход мой и мой уход
Случайно с миром совпали.
Итикиё Кодзан (1283–1360)

***

«Жизни и смерти нет» –
Строчка одна,
В ней мудрость сотен лет заключена.
На десять тысяч ли облаков гряда.
Прозрачна реки Янцзы святая вода.
Хино Тосимото (?—1332)

***

Семикратно родимся
Среди рода людского, чтобы
Государевых супостатов
Вновь и вновь изводить
Под корень.
Кусуноки Масасигэ (1294–1336), Кусуноки Масасуэ (?—1336)

***

Я ухожу,
И мыслю – уже не вернусь.
Лук из катальпы…
Как много имён в этом списке.
Впишите туда и моё.
Кусуноки Масацура (1326–1348)



Когда бы я
Не ведал, что я мёртв, –
Тогда, наверное,
Об этой жизни
Я сожалел бы, покидая мир.
Ота Докан (1432–1486)

***

Отбросить тело
Не больше жаль,
Чем бросить медяк
Тому, кто и сам в этом мире
Не более чем мертвец.
Сайто Досан (1494–1556)

***

Радуйся дружбе.
Вчерашнего дня
Не вернуть.
Ароматом цветущей вишни
Наслаждайся сегодня.
Мори Мотонари (1497–1571)

***

Тот, кто себя отверг
И суетный мир отринул –
И среди пламени
Сыщет прохладу
Горной воды.
Кайсэн Дзёки (1500–1582)

***

И победитель,
И побеждённый
В игралище этого мира –
Не больше чем капля росы,
Не дольше проблеска молний.
Оути Ёситака (1507–1551)

***

Jisei Sue Harukata

Есть ли, о чём сожалеть?
Есть ли, что ненавидеть?
Ведь изначально
Самим ходом вещей
Тело идёт к покою…
Суэ Харуката (1521–1555)

***

Вот какой хочу
Погребальной роскоши:
Мой любимый труп
Перед тем как хоронить –
Не румянить, не белить.
Такэда Сингэн (1521–1573)

***

Летняя ночь.
Дорогою сна
Вознеси моё имя
За облачный полог,
Кукушка…
Сибата Кацуиэ (1522–1583)

***

Семьдесят лет. Минула жизнь.
Сильный жесток, гнев его слеп.
Я приношу драгоценный меч
Будде и предкам сегодня в дар.
---
Вечности меч!
Разом пронзая
Богов и Будд,
Ты в небеса
Пролагаешь путь.
Сэн-но Рикю (1522–1591)

***

Нет двух ворот, что вели бы к правде
и кривде.
Великий путь возвращает к истокам сердца.
Пятидесятипятилетний сон. Пробужденье.
Проснувшись, я возвращаюсь к истоку
единства.
Акэти Мицухидэ (1528–1582)

***

Четыре десятка и девять лет –
Одно мгновение сна,
Цветущей славы один лишь миг,
Одна лишь чашка сакэ.
---
Ни раем, ни адом меня уже не смутить,
В лунном сиянии стою непоколебим –
Ни облачка на душе...
Уэсуги Кэнсин (1530–1578)

***
Как в этом мире
Для жизни рис и вода,
Так в мире горнем –
Небесный Будды закон,
Великая Пустота.
Симадзу Ёсихиса (1533–1611)

***

В мире, что пребывает,
Изменяясь, вовек неизменным,
Подобные листьям опавшим,
Слова, запавшие в сердце
Глубоко, дают побеги.
Хосокава Фудзитака (1534–1610)

***

По весне – цветы,
А по осени – листва,
Мимолетно всё.
Вот таков и род людской –
Привратники пустоты.
Симадзу Ёсихиро (1535–1619)

***

Jisei Ashikaga Yoshiteru

Майский дождь, роса или слёзы?
И то, и другое не вернётся обратно,
Пока имя моё не вознесётся выше облаков.
Асикага Ёситэру (1536–1565)

***

Зыбь мира сего
Ныне пересекая,
Прошу: имя воина
Здесь, под сосной,
Оставить во мхах…
Симидзу Мунэхару (1537–1582)

***

Toyotomi Hideyoshi Jisei

Падает роса,
Исчезает поутру.
Не таков ли я?
Что ни говори, а жизнь –
Это сон, всего лишь сон.
Тоётоми Хидэёси (1537–1598)

***

Осенний ветер, развей
Дождевых облаков завесу
На закате, чтобы луна
В небесах и в сердце моём
Беспрепятственно воссияла.
Мы приходим из пустоты
И в пустоту возвращаемся.
Если подумать –
Что угасает?
Только наши тела.
Ненавидят ли дующий ветер
Цветы по весне?
Или алые листья?
Разве могут остаться они,
Если осень уходит?
Ходзё Удзимаса (1538–1590)

***

Когда зима приходит,
С деревьев листья облетают,
И лишь сосна
Зелёной остается
На горном пике.
Хатано Хидэхару (1541–1579)

***

У корней горы
Заросли азалии
Буйно зацвели.
Но на хворост рубят их –
Как недолог век цветов!
Маэда Тосимасу (Кэйдзи) (1543–1612)

***

Как сладостно!
Два пробужденья –
А сон один!
Над зыбью этого мира –
Небо рассветное.
Токугава Иэясу (1543–1616)

***

Когда развеется
Туманная вуаль,
Которой облака
Луну прикрыли,
Так ясны будут западные горы!
Такэда Кацуёри (1546–1582)

***

Речи лепестков
В закоулках памяти
Не могу найти.
Ах, оставьте же меня
Заблудившимся в пути.
Курода Ёситака (1546–1604)

***

В эту летнюю ночь,
Предвещая разлуку,
Дорогою сна уйти
Не меня ли зовёшь ты,
кукушка?
О-Ити (1547–1583)

***

Прядей чёрных шёлк
Спутан весь, не разобрать,
Словно этот мир.
Низка яшмовой росы
Вся истает поутру.
Госпожа Тояма (1553–1582)

***

Как малодушны
Были бы вишни цветы,
Когда бы, цепляясь за жизнь,
Весеннему горному ветру
Сорвать не давали себя.
Камо Удзисато (1556–1595)

***

Ныне, сожалея
Об уделе своём,
Всё-таки я
Ни с кем из людей
Не поменялся бы долей.
Бэссё Нагахару (1558–1580)

***

Хасиба Тидзукэн,
Господина предавший,
Возмездия жди!
Как и в древние годы,
Неизбежна расплата.
Ода Нобутака (1558–1583)

***

Подобно пламени
Из Асима-горы,
Угасшему на берегах Цукума,
И я угасну,
Телом и душой.
Исида Мицунари (1560–1600)

***

В этом мире
Люди людьми остаются,
Цветами – цветы
Именно потому,
Что о собственной бренности знают.
Хосокава Грация (Тама) (1563–1600)

***

Так грезит о буре
Весенняя вишня,
Что сами,
Ветра не дожидаясь,
Цветы её облетают.
Такэда Нобукацу (1567–1582)


Луна души,
Не омрачённой облаками,
Пролей свой свет
На этот зыбкий мир
И тьму его рассей!
Датэ Масамунэ (1567–1636)

***

Глотают слёзы
Быстрые воды реки
Куисэгава.
Сливаясь с иной водой,
Исчезает белая пена.
---
Подобно телу
Святого бодхисаттвы,
Бесплодно семя
Растущей в этом храме
Сосны вечнозелёной.
Укита Хидэиэ (1573–1655)

***

Встреча со смертью –
Это встреча со смертью.
Встреча со смертью –
Чувство благодарности,
Мысли о господине.
Сакаи Тадакацу (1587–1662)

***

Вдох – выдох, вперёд – назад, живём –
умираем…
Стрелы, встречаясь в полёте, пронзают
друг друга.
Бесцельный полёт в пустоте, пустота
без цели –
Таков мой путь, моё возвращенье к истокам.
Гэссю Соко (1617–1696)

***

Тает снег.
Расточатся ли так же и думы
После завтрашнего свершенья?
Хорибэ Канамару (1627–1703)

***

Целительный сон
На изголовье из трав
Вернёт мои грёзы
В далёкий
Весенний рассвет.
Хадзама Мицунобу (1635–1703)

***

То, что ты, потеряв,
Так хотел бы вернуть,
Что и жизни не пожалел бы –
От этого, как ни беги,
Не убежать, не сокрыться.
Мурамацу Хитэнао (1640–1703)

***

Быстрее всех я спешу
Уйти по горной тропе
Дорогой смерти, которой
Отправились раньше меня
И господин мой, и мать.
Ёсида Канэсукэ (1641–1703)

***

Даже если представить,
Что высохли все поля –
В небесном раю
Тысячи злаков
Разве не будут расти?
Ихара Сайкаку (1642–1693)

***

Ничто не удержит
Росу на листьях травы –
Ни листья слов,
Ни трава
Скорописных знаков.
Онодэра Хидэкадзу (1643–1703)

***

Мысли о вас, господин,
Приходят одна за другой,
Как слой за слоем ложится
Белый снег на вершине,
Где в соснах гуляет ветер.
Хара Мототоки (1647–1703)

***

Земля, вода, огонь,
Ветер и небеса –
Извечное обиталище,
Куда возвращаемся мы,
Покидая тело.
Хаями Мицутака (1659–1702)

***

До чего хорошо,
Мысли очистив,
Тело отбросив, как ветошь,
Любоваться ясной луной,
В безоблачном небе плывущей.
Оиси Ёсио (1659–1703)

***

Весны ушедшей
Назад не вернуть,
Проходят годы и месяцы –
Что остаётся?
Одна седина.
Маэбара Манэфуса (1664–1703)

***

Глаз не хватает –
Столько рассыпано звёзд
На Млечном Пути.
Кандзаки Нориясу (1666–1703)

***

О, печальный мир!
Обрывает с вишни цвет
Ветер по весне.
Мой сегодня день настал,
Белой вишней опаду.
Яоя О-Сити (1667–1683)

***

Что делать мне с этой весной?
О ней я знаю не больше,
Чем этот вишнёвый цвет,
Подобно которому я
Сейчас призываю ветер.
Асано Наганори (1667–1701)

***

Тот, кто решил
Не отклоняясь,
Следовать Путём воина,
Без страха должен ступить
На дорогу смерти.
Усиода Таканори (1669–1703)

***

Отправляясь в путь,
Не могу не вспоминать
Тех, кто прежде нас
Этим же путём пошёл.
Думаю о них.
Томиномори Масаёри (1670–1703)

***

Нельзя заблудиться, идя
По следу тех, кто ступил
На воинский путь.
Вот почему я не раз
Натягивал лук из катальпы.
Хорибэ Такэцунэ (1670–1703)

***

В смертный свой путь
Выйду из чайного домика,
Где пил аромат сливы.
Оотака Тадао (1672–1703)

***

Три десятка лет прошли точно как во сне.
«Бросить тело, долг исполнить» –
это тоже сон.
Упокоились в могиле матушка с отцом.
Справедливость, благодарность –
грёзы, пустота.
Такэбаяси Такэсигэ (1672–1703)

***

Не отрекаюсь от рая.
Но если туда идти –
Так всем заодно.
С Буддой Амида вместе –
Нас сорок восемь!
Мурамацу Таканао (1677–1703)

***

Горной тропой ступая
К собственной смерти,
Как долго я ждал
Возможности разорвать
Нитку яшмовых рос!
Хадзама Мицуоки (1678–1703)

***

Этот аромат
От заснеженных полей –
Неужели слива?
Окано Канэхидэ (1680–1703)

***

О юные!
Коль смерти вы боитесь –
Умрите сей же миг.
Ведь умерев
Однажды – вы вдругорядь не умрёте.
Хакуин (1685–1768)

***

В час расставанья,
Прочь отбросив страх,
О часе встречи думаю,
И слово
Я оставляю в память о себе.
Оиси Ёсиканэ (1688–1703)



Сегодня, бренное тело
Отбросив,
Я начинаю
Жизнь
Длиной в тысячу поколений.
Мотоори Норинага (1730–1801)

***

Ради вас, государь,
Не зная, что в жертву отдать,
Здесь, в краю Сацума,
Возле Сэто,
Брошу в море бренное тело.
Гэссё (1813–1854)

***

Месяцы, года
У корней великих гор,
У отвесных скал,
Вместе с духом Ямато
И душа моя жила.
Маки Ясуоми (1813–1864)

***

Чем любоваться,
Пересекая поток,
Невозвратной луной,
Любуйся плывущим облаком,
Из века в век неизменным.
Танака Кавасаноскэ (1815–1862)

***

И в стужу, и под снегом
Цветущей сливы лепестки,
Спадая наземь, сохраняют
И цвет,
И аромат.
Сэридзава Камо (1826–1863)

***

И снова в смертный путь.
Я тело бренное моё
Доверю челноку.
Пусть им играют волны.
Пусть им играет ветер.
Сайго Такамори (1827–1877)

***

Пусть моя плоть
Истлеет на поле Мусаси –
Душу Японии
Не удержать
Под замком.
Ёсида Сёин (1830–1859)

***

Хоть и первым шёл,
В горы смертного пути
Первым не успел.
Кручена, хоть и узка,
Государева стезя.
Киёкава Хатиро (1830–1863)

***

О том не сожалею,
Что посвящённая вам жизнь
Была так коротка,
Но горько оттого,
Что мало сделал для страны.
Омура Масудзиро (1830–1869)

***

На севере гром,
В небе молнии блещут,
Луна же – во тьме…
Амано Хатиро (1831–1868)

***

Сердце истощив
Ради вас, мой государь,
Пеной на воде
Расточусь я, чтоб затем
Возродиться в чистоте.
Окада Идзо (1832–1865)

***

С гордостью жертву кладу на небесный
алтарь.
Путь мой на тысячу ри простирается вдаль.
Верность и преданность в этом сокрыта
клинке –
В дар его ныне прими от меня, государь!
Яманами Кэйскэ (1833–1865)

***

Ночь в сезон дождей.
Как непостоянен мир…
Ирисовый цвет.
Только мы с тобой не спим –
Ты, кукушечка, да я.
Кидо Такаёси (Коин) (1833–1877)

***

Воле судьбы подчиняясь, молчанье храню.
Будучи воином, честь больше жизни ценю.
В блеске меча – окончанье пути моего.
Жизнью воздам господину за милость его.
Кондо Исами (1834–1868)

***

Для вас, государь,
Тело и кости свои
Вырву, как траву
Сорную, чтоб алое
Сердце вспыхнуло цветком.
Каваками Гэнсай (1834–1872)

***

Есть в этом мире
Только один человек,
Кого я готов
Послушать: что делать мне,
Чего не делать – я сам.
Сакамото Рёма (1835–1867)

***

Пусть женское тело и слабо,
Подобно бамбуку,
Что гнётся под ветром, –
Но всё же
Мой дух несгибаем.
Сайго Тиэко (1835—1868)

***

Плоть моя сгниёт
В почве острова Эдзо,
Но бессмертный дух
На восточных берегах
Пусть хранит тебя.
---
В быстрый ручеёк,
Преклонив колени, я
Рыбку отпущу.
Хидзиката Тосидзо (1835–1869)

***

Горы Ёсино!
Листья клёнов алые
По ветру летят.
Так же яростно красна
Кровь на лезвии меча.
Ёсимура Торатаро (1837–1863)

***

Если в мире нет
Удивительных вещей,
Удивительно ли то…
…Что людское сердце в нём
Не желает жить?
Такасуги Синсаку (1839–1867)

***

Листья-слова
Под осенним дождём
Этого мира,
Не достигая бумаги,
Тают.
Найто Нобуёри (1839–1899)

***

Короткая жизнь
Выпавшей ныне росы
Ещё никому не известна –
Но месяц тысячелетний
Её своим взором коснётся.
Кусака Гэнсуй (1840–1864)

***

Связывать ли их,
Дважды связывать ли их –
Пряди чёрные
Перепутанных волос…
Не таков ли этот мир?
Ёсида Тосимаро (1841–1864)

***

Неподвижные,
Темнотой разделены
Воды и цветы.
Окита Содзи (1844–1868)

***

Словно алый лист
Клёна, ветром сорванный,
Сердце верное,
Вырванное из груди,
Пламенеет на земле.
Мукава Нобуоми (1845–1868)


Божество моё!
Ты усоп, наш государь,
И тебе вослед
Отправляюсь ныне я,
Покидая бренный мир.
Ноги Марэскэ (1849–1912)

***

Покойный государь,
Хоть вы к богам
И присоединились –
Я не перестану
Скорбеть о вас.
Ноги Сидзуко (1859–1912)

***

Отчего мутна
Гладь зеркального пруда?
В ней глицинии
Отражаться не хотят –
Оттого, что дождь идёт.
Ито Сатио (1864–1913)

***

Осень в Хинума.
Любуюсь, умирая,
Росой на листьях.
Одзаки Коё (1868–1903)

***

О, дети новых дней!
Отриньте поскорее
Войну – она несёт
Не славу, не победу –
Но гибель и забвенье!
Того Сигэнори (1882–1950)

***

Всего не совершив,
Что было должно,
«Прощайте», – говорю.
«Прощайте», – говорю.
Так будет лучше.
---
Жизненный вопрос:
Бытие, небытие –
Позади давно.
Наступает ясный день
Тёплой ранней осени.
Доихара Кэндзи (1883–1948)

***

Недостижимое небо
Властным голосом Будды
Меня призывает
На склоны горы Сумеру.
---
Разве не слышишь?
Да, не слышишь: без звука
Осыпается вишня.
---
Я ухожу, но всё же я вернусь.
Однажды, чтобы долг
Своей стране –
Как я был должен
И не смог – отдать.
---
Прощайте. Лёжа во мхах
У самых корней
Земли японской,
Я буду чувствовать запах
Её прекрасных цветов.
Хидэки Тодзё (1884–1948)

***

О, боги, боги,
Японию хранили
От века вы. Теперь
И я иду за вами,
Иду за вами следом.
Итагаки Сэйсиро (1885–1948)

***

Великая игра.
До нитки всё я проиграл,
Остался без гроша.
Амакасу Масахико (1891–1945)

***

Послушай, враг!
На поле брани пав,
Я не исчезну.
Семь раз я снова в мир приду,
Чтоб меч поднять в защиту государя.

Ради страны тяжкий долг я снесу до конца
И паду от пули расстроенным.
Врагами брошенный гнить в поле,
Я в 7-й раз перерожусь и подниму копьё.
Уродливая трава стелется по острову,
А я в это время думаю лишь об империи.
Курибаяси Тадамити (1891–1945)

***

Омыта и ясна,
Теперь луна сияет.
Гнев бури миновал.
Теперь всё сделано,
И я могу уснуть
На миллионы лет.
Ониси Такидзиро (1891–1945)

***

В нынешнем мире,
Погружаясь во тьму
Тюремного ада –
В следующем рожденьи
Увижу ли Будды сиянье?
Акира Муто (1892–1948)

***

И упадём мы,
И обратимся в пепел,
Не успев расцвести,
Подобно цветам
Чёрной сакуры.
Арима Масафуми (1900–1944)



Вечерние ветры
Вишнёвый цвет обрывают,
И людям, и миру
Говоря:
«Не страшитесь смерти».
Мисима Юкио (1925–1970)


В статье использованы некоторые материалы с сайтов:

Чигиринская О. А. Предсмертные стихи самураев. 2012 г.
http://www.liveinternet.ru/users/karinalin/post356437598/
https://vk.com/dzisey

 


Больше про Уэсуги Кэнсина
можно почитать в книгах серии "Самурай"
А. Р. Басова

Поделитесь статьей с друзьями:

Уважаемые господа! 
Правила хорошего тона, благородная мораль и непосредственно закон призывают нас уважать интеллектуальную собственность и, оказывая уважение авторам, указывать источник цитирования при использовании их труда. 
Обращаем Ваше внимание, что наши книги, картины являются исключительно нашей собственностью. При использовании цитат из книг А.Р.Басова, указание источника цитирования является обязательным. В противном случае это будет восприниматься как воровство и иметь свои последствия.

ВНИМАНИЕ! 
Статья охраняется авторским правом. 

Копирование, размножение, распространение, перепечатка (целиком или частично), или иное использование материала без письменного разрешения автора не допускается. 
Любое нарушение прав автора будет преследоваться на основе российского и международного законодательства. 

Установка гиперссылок на статью не рассматривается как нарушение авторских прав. 





Я не заблужусь...
Северная Звезда сияет во мраке...
Дорога в Вальхаллу пряма, как меч, и всегда передо мной!!!

Copyright 2000-2015 Alexey R. Basov, Tatiana Basova. All rights reserved.

Подписывайтесь на нас:
FacebookLivejournalDeviantartVKontakteVKontakteVKontakteYouTube

English version